Иван Лошкарёв
За последние месяцы популярность основных политических сил сократилась, а количество не определившихся с политическими симпатиями снижается крайне медленно, что отражает общее недоверие населения к политической элите страны. В таких условиях, политическая сила президента Петра Порошенко вряд ли сможет получить большинство в Верховной Раде.
ПРЕМИУМ
20 октября 2014 | 00:57

Контуры правительственной коалиции на Украине: выводы для России

Предстоящие парламентские выборы на Украине не принесут радикальных перемен. Несмотря на привлечение в ряды политических сил гражданских активистов, журналистов и участников антитеррористической операции на востоке страны, основной костяк элиты сохранился. Более того, большинство партий в качестве политических программ представили набор популистских лозунгов. А это означает, во-первых, что у украинской элиты отсутствует стратегическое видение будущего страны, а, во-вторых, что сохранится практика сиюминутных компромиссов и квотного распределения должностей по всей вертикали власти.

Все-таки некоторая интрига у этих выборов есть. За последние месяцы популярность основных политических сил сократилась, а количество не определившихся с политическими симпатиями снижается крайне медленно, что отражает общее недоверие населения к политической элите страны. В таких условиях, политическая сила президента Петра Порошенко вряд ли сможет получить большинство в Верховной Раде. Большим достижением этой партии будет преодоление 30-процентного барьера в пропорциональном сегменте смешанной избирательной системы. Не менее важно, что наиболее идеологически оформившиеся политические силы ВО «Свобода» и Коммунистическая партия, вероятно, не преодолеют 5-процентный барьер. Правда, администрация президента Украины подстраховала ближайших политических союзников: Блок Петра Порошенко не стал выдвигать кандидатов по 11 одномандатным округам, где выдвигаются свободовцы. Наконец, на грани прохождения в Верховную Раду находятся партии, представляющие интересы крупного и среднего бизнеса восточных и южных областей страны, – Оппозиционный блок и «Сильная Украина». Эти политические силы не являются пророссийскими, но более других способны обеспечить адекватный диалог с Москвой.

С учетом того, что публикуемые рейтинги украинских партий стали элементом агитационной кампании и что по ряду одномандатных округов исход голосования непредсказуем, расклад сил в Верховной Раде 8 созыва будет приблизительно такой:  Блок Петра Порошенко – 150-170 мест, Народный фронт Арсения Яценюка – 40-50 мест, ВО «Батькивщина» – 50-60 мест, «Гражданская позиция» Анатолия Гриценко и Радикальная партия Олега Ляшко – по 30-40 мест, ВО «Свобода» и «Сильная Украина» Сергея Тигипко – по 10-25 мест. Кроме того, значительная часть внефракционных депутатов, избранных по одномандатным округам, будет голосовать синхронно с пропрезидентской фракцией или фактически примкнет к ней. С учетом этого, президенту не хватает 10-30 голосов для получения относительного большинства в парламенте: формирование правительственной коалиции неизбежно.

Наиболее вероятен сценарий «БПП+1»: вступление Блока Порошенко в политический союз с небольшой фракцией ВО «Свобода» и переманивание недостающего числа депутатов из состава других фракций. Безусловно, сформированное таким образом большинство не будет устойчивым, а запросы «Свободы» сильно вырастут. Эта партия получила квоту на три малозначимых поста в нынешнем правительстве, но в новом кабинете министров соратники Олега Тягнибока могут потребовать квоты на ключевые, по их мнению, ведомства – внутренних дел или образования. Но именно такая коалиция позволяет президенту Петру Порошенко самостоятельно определить кандидатуру главы правительства, в том числе, действующего вице-премьера Владимира Гройсмана.

Менее вероятен сценарий «БПП+2», при котором в правительственную коалицию помимо пропрезидентской фракции, избранных по одномандатным округам депутатов и «Свободы» вступает еще одна политическая сила. Скорее всего, это будет Народный фронт действующего премьера Арсения Яценюка, так как у Порошенко крайне неприязненные отношения с Юлией Тимошенко (ВО «Батькивщина»). Кроме того, «леди Ю» во время прошлого пребывания на посту главы государства политически дискредитировала действовавшего главу государства, внесла ощутимый вклад в распад «оранжевой» коалиции. К слишком большим имиджевым уступкам для президента ведет возможный союз с бывшим министром обороны Анатолием Гриценко («Гражданская позиция»), поскольку последний заработал свой рейтинг на последовательной критике внешней и оборонной политики украинского лидера. Наконец, коалиция с Радикальной партией Олега Ляшко или «Сильной Украиной» Сергея Тигипко практически невозможна, поскольку этим политическим силам покровительствуют конкурирующие с Порошенко олигархи. А в случае коалиции с Народным фронтом президент сможет перенести на Яценюка ответственность за сложное экономическое положение и пробуксовку намечаемых реформ.    

Наименее вероятный сценарий – формирование широкой коалиции всех так называемых «демократических» политических сил. В совокупности такая коалиция обладает более чем 300 депутатскими мандатами, что обеспечивает конституционное большинство и возможность сбалансировать Основной закон. Однако, уже первый шаг такой коалиции – согласование партийных квот и подбор пятью-шестью фракциями конкретных кандидатов на министерские посты – может привести к ее распаду. Кроме того, президенту сложнее будет добиться «удобного» премьера, поскольку Народный фронт и ВО «Батькивщина» станут продвигать своих лидеров на пост главы правительства. С другой стороны, такая коалиция может существовать в формате «матрешки»: 5-6 фракций формально создают общую платформу, но лишь Блок Порошенко и ВО «Свобода» голосуют синхронно и направляют своих представителей в кабинет министров.

Такой вариант приведет к постоянным разногласиям, но по большому счету всех устраивает. Большинство парламентских партий сохранит возможность критиковать действующую власть, в том числе правительство, политическая ответственность за которое ляжет на президента. В любом случае, сценарий широкой коалиции увеличивает вероятность повторения опыта 2007-2010 гг., когда часть проправительственной коалиции фактически вела работу против выдвинутого ею правительства. Кроме того, при объединении 5-6 из 7-8 фракций возникнет «вакуум оппозиции», явный дисбаланс в политической системе, что будет способствовать распаду коалиции. В результате, объединение всех «демократических» сил в парламенте не рассчитано даже на среднесрочную перспективу, может привести к их конфликту, размежеванию и политическому краху части из них.  

В процесс формирования правительственной коалиции будут активно вмешиваться внешние силы – прежде всего, ЕС и международные финансовые институты. В их интересах привести в правительство лояльных экономистов, каковым считается Арсений Яценюк, и обеспечить сценарий широкой коалиции. Все же, внешнее воздействие не будет консолидированным, что даст украинскому лидеру свободу маневра. В зависимости от того, насколько Петр Порошенко поддастся давлению извне и как далеко он готов зайти, чтобы сформировать «удобное» правительство, вероятность различных сценариев существенно изменится.

Так или иначе, один из вариантов правительственной коалиции фактически не меняет текущего расклада сил (Порошенко – президент, Яценюк – премьер), другой – не позволит будущему созыву парламента проработать полный срок, а третий – приведет к повторному усилению института президента.

В украинском государстве крайне высокий спрос на квалифицированных управленцев, поскольку накопилось большое количество социально-экономических проблем. Но не один из этих сценариев не обеспечит соответствующее предложение на рынке труда, поскольку не предполагает постоянную социальную мобильности и де-факто консервирует элиту.

В условиях падения уровня жизни населения, кризиса банковского рынка, резкого сокращения промышленного производства вопросы «отражения агрессии» и «объединения нации» неизбежно потеряют актуальность для многих категорий населения. Однако представленные в парламенте фракции не смогут адекватно реагировать на эти вызовы, что создает определенные возможности для заинтересованных игроков.  

С учетом возможных комбинаций партийных союзов в Верховной Раде, России не стоит ждать изменений атмосферы отношений с Киевом. Более того, чем шире будет правительственная коалиция, тем более вероятны недружественные шаги украинского руководства: отмена нормы о внеблоковости страны, выход из СНГ, завышенные требования по цене транзита газа, введение экономических санкций, различного рода безосновательные обвинения. Однако Москве следует не поддаваться на возможные провокации и ожидать быстрых результатов, а сосредоточиться на контрмерах. В стратегическом плане необходимо новое видение отношений с Украиной и, возможно, пересмотр планов по интеграционным проектам на постсоветском пространстве. В краткосрочной перспективе важно запустить взаимовыгодные проекты с большим и средним украинским бизнесом, расширить образовательные и культурные контакты, ослабить миграционные барьеры, обеспечить объективную подачу информации по актуальным историческим и политическим вопросам, чтобы развеять культивируемые украинскими медиа-ресурсами мифы и стереотипы.

Важно, что экономическое положение Украины продолжит ухудшаться и при новом раскладе сил в парламенте, поэтому Россия должна быть готова оказать помощь.

Поскольку уровень антироссийских настроений удастся снизить нескоро, то, по имиджевым соображениям, подобные меры должны проводиться по линии интеграционных и региональных объединений – ЕАС, ОДКБ, ШОС. Более того, до предоставления финансовой или иной помощи критически важно разработать критерии получения и механизмы поэтапного мониторинга их выполнения.  

 

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

30 октября 2015 | 13:00

Узоры персидского ковра: как Ирану стать региональным лидером

Иран мог бы действовать в обход США - совместно с Россией, заинтересованной в эффективной стабилизации Ближнего Востока и, в общем-то, занимающейся этой стабилизацией в Сирии. Проблема в том, что у Ирана и России, несмотря на внешнее согласие и совпадение интересов разное понимание слова «стабилизация». Иран жаждет ликвидации своих противников и хочет сам контролировать регион от Афганистана до Леванта. Москве же нужен баланс сил между всеми игроками региона.

2 декабря 2015 | 20:00

Проблема признания отделившихся регионов Грузии: Опасное слово "федерализм"

В результате вместо делегирования суверенитета появляется феномен де-факто государственности, с которым в «материнских государствах» толком не знают, что делать. Пойти на «развод» нельзя в силу внутриполитических ограничителей, но и вернуть невозможно в силу отсутствие интеграционного потенциала. Ведь в случае с Грузией и Абхазией пришлось бы говорить не столько о «восстановлении юрисдикции» Тбилиси, сколько об ее «установлении». Но для такого установления нет ни внешних ресурсов, ни рычагов влияния внутри абхазского общества, то есть цели для «примирения и гражданского равноправия».

9 декабря 2016 | 19:54

Дайджест внешней политики США (2-8 декабря)

Дональд Трамп объявил, что новым министром обороны станет Джеймс Мэттис, отставной генерал, знаменитый беспринципностью в своих взглядах. Особенности ведения международных переговоров избранного президента США уже привели к первым скандалам. На фоне успехов сирийской армии и провала попыток оказать давление на Россию в международном формате Джон Керри возобновил двусторонние переговоры с Сергеем Лавровым.

1 сентября 2014 | 13:09

США не будут играть решающую роль в борьбе с ИГИЛ в Ираке и Сирии

Соединенные Штаты приходят к выводу о том, что иракская армия не способна в одиночку противостоять силам ИГИЛ, а победа над ними не возможна без подрыва позиций ИГИЛ в Сирии.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Этот материал является частью нескольких досье
Досье
18 апреля 2015 | 04:00
11 августа 2015 | 13:04
18 апреля 2015 | 04:00
20 февраля 2015 | 15:00
22 декабря 2014 | 23:01
16 марта 2014 | 22:32
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова