Ключевой вопрос предстоящей встречи – какие решения по дальнейшей трансформации альянса НАТО попытается сейчас провести под прикрытием украинского кризиса.
4 сентября в британском Уэльсе открывается саммит Организации Североатлантического альянса. Встречи глав государств членов альянса проходят примерно раз в два года, но грядущий саммит нервно ожидается как самими членами организации, так и другими странами, прямо или косвенно вовлеченными в кризис на Украине. Генеральный секретарь НАТО Андрес Фог Рассмусен в своей пресс-конференции накануне встречи интригующе назвал этот саммит «ключевым в истории НАТО».
В плановое течение подготовительного процесса к саммиту события на Украине внесли значительные коррективы. Изначально среди основных вопросов встречи планировалось обсудить и принять решения по заранее проработанной и задолго определенной повестке дня: бюджетное финансирование НАТО, увеличение расходов на коллективную оборону, политику «открытых дверей» альянса, отношения с Россией, вывод натовских сил из Афганистана и будущее этой страны, ситуацию в Северной Африке и на Ближнем Востоке, а также общие и технические вопросы реформирования военного потенциала альянса. Безусловно, одним из центральных политических вопросов на повестке дня встречи станет украинский кризис.
С начала года НАТО была сильно взбудоражена событиями на Украине. Особенно это отражается на политическом поведении его руководства. Начиная с зимы, генеральный секретарь НАТО Андрес Фог Расмуссен, для которого этот саммит станет последним в должности генерального секретаря, регулярно делает громкие заявления относительно российского аспекта украинского кризиса. Организация начала выпуск специального бюллетеня, посвященного действиям России в контексте украинских событий, в котором на свой лад развенчивает «информационную пропаганду Москвы».
По мере приближения к саммиту от имени коллектива самых антироссийских стран организации (традиционно страны Балтии, Польша и примкнувшая к ним Канада) призвали альянс разорвать Основополагающий акт об отношениях с Россией, заключенный в 1997 году.
Сам по себе Акт - это не более чем документ о намерениях по сотрудничеству между Россией и НАТО, никаких конкретных положений он не содержит. Кроме того, техническое сотрудничество НАТО и Москвы и без того снижено до минимального уровня, продолжаясь лишь в тех сферах, где коренные интересы альянса важнее натовских амбиций по Украине. Но отмена этого документа по факту будет означать разрыв дипломатических отношений между Москвой и НАТО. На это альянс пойти не готов и не может, учитывая необходимость сотрудничества с Россией по ряду вопросов, прежде всего - по Афганистану.
Выдвинутые идеи не являются новыми или неожиданными, но в ситуации обострения геополитической ситуации в Европе прозвучавшие предложениях преподносятся как свежий ответ на действия Москвы. Первая идея состоит в продолжении размещения военной инфраструктуры НАТО в близи границ России - создать несколько новых баз в странах Центральной и Восточной Европы по периметру российских границ. Концептуально это техническая реализация политики «открытых дверей» НАТО и программы партнерства с «клиентами» альянса, в том числе из бывших советских республик. Эти предложения были закреплены в 2010 году на саммите НАТО в Лиссабоне в обновленной Стратегической концепции альянса, которая была принята с перспективой на ближайшие 10 лет.
Вторая инициатива - создание оперативных сил быстрого реагирования на базе НАТО так же не нова. Реформы военной составляющей НАТО идут постоянно, а вопрос о силах быстрого реагирования стоит на повестке дня по крайней мере с 2008 года.
С политической точки зрения украинский кризис станет основным вопросом предстоящего саммита, потому что сейчас Украина - это главный геополитический кейс отношений России и Запада.
Но за политикой нужно увидеть главное - конкретные решения, которые будут приняты в рамках нового этапа трансформации альянса, как в политическом, так и в военном плане.
Ключевой вопрос предстоящей встречи – какие решения по дальнейшей трансформации альянса НАТО попытается сейчас провести под прикрытием украинского кризиса.
На фоне относительно стабильной политической ситуации в Европе, альянсу было трудно побудить своих членов тратить на оборону обещанные 2% ВВП. Акцентирование «российской угрозы» может сдвинуть этот вопрос с мертвой точки.
Однако одновременно меры реагирования НАТО на украинский кризис будут сдержанными. Несмотря на острую политическую риторику, многие западные лидеры признают, что неумелые действия США и тройки европейских гарантов февральского соглашения оппозиции с Виктором Януковичем спровоцировали переворот на Украине и побудили Россию к защите своих интересов. Вашингтон и Брюссель постараются не усугублять ситуацию и не провоцировать Москву на симметричный ответ. Накануне саммита НАТО президент США Барак Обама в ходе поездки в Эстонию заявил: «Мы не заинтересованы в ослаблении России... Мы не ищем конфронтации с Россией».
Вне всякого сомнения, конфликт на Украине негативно влияет на соседние страны. Под давлением Запада постсоветские государства вынуждены определяться с «виновным» в гражданской войне на Украине. Глобальная и региональная динамика конфронтации подпитывают электоральные циклы в некоторых странах.
Атака ВВС Турции на бомбардировщик ВКС России породила много неопределенности в стратегических вопросах региональной безопасности. Вероятно, ключевой из них для России - может ли Анкара создать Москве сложности в чувствительных вопросах, не имеющих прямого отношения к Сирии.
Состоявшиеся на прошедшей неделе ядерные испытания КНДР в условиях отсутствия реакции со стороны Пекина стали серьезным поводом для усугубления напряженности в американо-китайских отношениях. Все более явным становится отсутствие единства в рядах американской анти-игиловской коалиции на фоне успехов российской операции в Сирии. Также привлек внимание оглашенный проект невоенных расходов внешней политики США, в котором явный приоритет отдается не АТР и ИГ, а Центральной Америке и противодействию "российской угрозе".
Апрельское столкновение в Карабахе показало, что российско-турецкое взаимопонимание на протяжении многих лет было публично недооценённым, но важным фактором баланса в армяно-азербайджанском конфликте. Сейчас, уже постфактум, можно проследить, как карабахский конфликт размораживался, по мере того как расходились внешнеполитические подходы Москвы и Анкары.
«Внешняя политика» - аналитическое агентство, которое позволяет частным лицам и специалистам государственных и бизнес-структур правильно понимать логику международных процессов и трезво оценивать и прогнозировать политические риски. В отличие от СМИ, материалы "ВП" формируют целостное понимание проблемы и позволяют принимать решения.
(подробнее).
Наверх