1 сентября 2014 | 13:09 Ольга Ребро

США не будут играть решающую роль в борьбе с ИГИЛ в Ираке и Сирии

В течение нескольких последних дней каждая пресс-конференция основных внешнеполитических ведомств США открывается вопросом «Было ли принято решение по поводу авиаударов по объектам ИГИЛ на сирийской территории?», и каждый раз ответ отрицательный. На этом основании администрацию Барака Обамы обвиняют в двойных стандартах и отсутствии четкой стратегии.

К группе критиков администрации присоединилась даже бывший госсекретарь Хиллари Клинтон, которая в интервью «The Atlantic» в начале августа отметила:

«У великих держав должны быть организующие принципы, а «Не наделать глупостей» - не является организующим принципом».

Стратегия США в отношении Исламского государства Ирака и Леванта (ИГИЛ) была впервые сформулирована в выступлении Барака Обамы 19 июня. В качестве основного приоритета он выделил обеспечение безопасности американских граждан в Ираке. Для усиления охраны посольств в Багдаде и Ирбиле, а также обеспечения безопасности маршрутов эвакуации в страну было дополнительно направлено 500 американских военных. Во-вторых, президент отметил необходимость разобраться в ситуации перед принятием новых шагов. В-третьих, он объявил о намерении увеличить помощь иракским военным. С этими целями в Ирак было отправлено еще 300 военных. В-четвертых, США, по словам Обамы, будут работать над консолидацией дипломатической поддержки со стороны стран-соседей Ирака. Наконец, он подчеркнул, что урегулирование ситуации невозможно без формирования функционирующей государственной системы в Ираке, которая отражала бы интересы  все социальных групп.

При этом налицо была осторожность подхода Белого Дома к данной проблеме. В частности, Обама заявил:

«Соединенные Штаты не будут участвовать в военной операции на стороне одной из иракских сект. Иракский кризис нельзя решить военным путем, особенно, если военные действия ведут США».

Эти же пункты полтора месяца спустя повторил в своем выступлении перед Комитетом по международным делам Сената Бретт Макгерк, заместитель госсекретаря по делам Ирака и Ирана. Правда, отвечая на вопросы сенаторов, он отметил, что за последний месяц произошел значительный рост угрозы со стороны ИГИЛ, и даже заявил, что ИГИЛ представляет прямую угрозу США. Кроме этого, во время обсуждения было подчеркнуто, что проведенная оценка на месте показала, что иракская армия не способна в одиночку противостоять силам ИГИЛ, а также что победа над ИГИЛ не возможна без подрыва его позиций в Сирии.

В качестве возможных подходов к достижению этой цели предлагалось продолжение военной помощи умеренной оппозиции в Сирии, поставки вооружений курдским военизированным формированиям Пешмерга, а также возможность нанесения ограниченных авиаударов по позициям ИГИЛ в Ираке.

Обеспокоенность среди сенаторов вызвал тот факт, что американские вооружения могут оказаться в руках ИГИЛ. В частности, во время наступления в июне боевики Исламского государства захватили оружие, поставленное из США. Также отмечались трудности в определении «умеренности» организаций, составляющих сирийскую оппозицию. Кроме этого, были озвучены опасения, что поставленные США вооружения могут быть использованы в противостоянии различных внутри-иракских сил.

После военных успехов ИГИЛ в начале августа, когда возникла угроза захвата Ирбила, 7 августа Барак Обама объявил о решении начать нанесение ограниченных авиаударов. На сегодняшний день их было совершено около 100. При этом он вновь подчеркнул:

«Даже если мы оказываем поддержку иракцам в их борьбе с этими террористами, американские военные не будут возвращаться в Ирак […] Несмотря на многочисленные призывы, я целенаправленно воздерживался от применения силы, потому что у Америки в арсенале есть множество других средств. Мы можем действовать посредством дипломатии, экономики и наших ценностей».

Ситуация вновь обострилась после сообщения о смерти американского журналиста от рук террористов ИГИЛ предположительно 19 августа. Заявление Барака Обамы 20 августа было намного более эмоциональным по сравнению с предыдущими.

«Соединенные Штаты будут и впредь делать все необходимое для защиты наших граждан. Мы будем бдительны и непреклонны. Когда страдают американцы, мы всегда прилагаем все усилия, чтобы справедливость восторжествовала». 

Усиление риторики было заметно и в выступлении главы Пентагона Чака Хейгла:

«ИГИЛ наиболее развитая и финансово обеспеченная террористическая организация, с которыми нам когда-либо приходилось сталкиваться. Они даже больше, чем просто террористическая группировка. Они объединили идеологию с  высоким уровнем стратегического и тактического мастерства. Объемы получаемого ими финансирования грандиозны».

Тем не менее, уже через несколько дней 25 августа глава Объединенного комитета начальников штабов Вооруженных сил США Мартин Демпси в интервью отметил, что ИГИЛ не представляет прямой угрозы безопасности США. Своеобразный откат к риторике июня прозвучал и в заявлении пресс-секретаря Джоша Эрнеста:

«Кроме некоторых военных ударов, проводимых по распоряжению президента, наша стратегия включает в себя тесную работу с эффективным иракским правительством, способным объединить страну для противостояния угрозе. Также она подразумевает более тесное сотрудничество с иракскими военными и, в случае необходимости, повышение качества и объемов поставляемого им вооружения. Кроме этого, мы работаем с суннитами в западном Ираке. […] Также у США существует возможность использования дипломатических каналов для вовлечения других стран в регионе и по всему миру для помощи Ираку в устранении угрозы, связанной с ИГИЛ».

Такая смена риторики вызвала подозрение среди сенаторов. Республиканец Линдси Грэм из Калифорнии написал в твиттере:

Некоторые эксперты связывают такую позицию Белого Дома с опасениями, что даже ограниченное военное вмешательство в дела региона может нанести больший политический ущерб администрации, чем обвинения в нерешительности.

В целом, по мере развития кризиса Вашингтон придерживался вполне четких принципов, определенных еще во время выступления Барака Обамы в Вест-Поинте 28 мая 2014 года. Когда под угрозой находились жизни американских граждан, он действовал более решительно, когда такой угрозы, по мнению разведывательных служб, не существовало, действия администрации были более взвешенными.

Необходимо отметить стремление Вашингтона разобраться в ситуации, а также применить комплексный подход: не раз упор делался на необходимость сочетания военных действий с усилиями по созданию прочной государственной системы, которая обеспечила бы национальное единение – отсутствие которого во времена президентства Нури аль-Малики Вашингтон считает основной причиной развернувшегося кризиса.

Если в Ираке США с разрешения иракских властей могли действовать относительно свободно, то сирийское руководство уже озвучило недовольство заявлениями американских чиновников о готовности, в случае необходимости, совершать авиаудары по объектам ИГИЛ на сирийской территории. Фактически США вынуждены искать поддержки у своих противников - режима Башара Асада в Сирии и Ирана.

Следуя логике американской внешней политики, если в ближайшее время не возникнет угрозы американским гражданам, Вашингтон продолжит уклоняться от прямого вмешательства в Ираке. США оказывают военную помощь умеренной оппозиции в Сирии, иракским и курдским военным и полагают, что этого достаточно. 

Линия на невмешательство дается Вашингтону нелегко. Оппоненты обвиняют Обаму в нерешительности, однако они же станут обвинять его в безрассудности, если американские войска вмешаются в конфликт в Ираке. Впервые за 25 лет - жизнь целого поколения - США проявляют выдержку, однако политические оппоненты могут сделать этот период кратким эпизодом, а не новой традицией американской внешней политики. 

Более вероятно вмешательство в иракский конфликт региональных держав. В августе 2014 года без согласования с США произошла бомбардировка территории Ливии объединенными силами ОАЭ и Египта. Но региональные игроки если и выступят против ИГИЛ, то не будут делать это под руководством Вашингтона. В этом проявляются черты многополярности региональной системы на Ближнем Востоке.  

Читать еще по теме «Политика»

30 августа 2016 | 19:00

Исторические истоки поведения России

Современная внешняя политика России является закономерным продолжением её традиционных геополитических устремлений. Начиная с XVI века российские правители следовали определенному набору правил и установок, благодаря которым их государство заняло свое место в системе международных отношений. О том, как формировались эти установки, рассуждает американский эксперт Том Грэм.

24 августа 2014 | 07:00

Осторожный пессимизм в связи с будущим Украины

Революция и гражданская война ввергли Украину в глубочайший системный кризис за все время ее существования. Выходом из него стали бы мирные переговоры с ополчением Донбасса, федерализация страны и стабилизация отношений с Россией через нейтральный статус во внешней политике. Однако пока ни активная часть украинского общества, ни украинские политики не готовы к такому исходу.

25 мая 2015 | 16:45

Ближневосточное досье: ИГИЛ, Йемен и теракт в КСА в мае 2015

Основными событиями прошедшей недели в регионе стали успехи боевиков Исламского государства в Ираке, визит иракского главы правительства в Россию, а также очередная попытка йеменского урегулирования на конференции в Эр-Рияде. Внимание также привлек теракт, совершенный на востоке Саудовской Аравии в шиитской мечети, ответственность за который взяло Исламское государство.

14 ноября 2014 | 13:00

Документ дня: «О приоритетах польской дипломатии»

Поскольку в экономической сфере евроинтеграция не дает ясных положительных перспектив, Варшава стремится искать политический выход из положения. Для Гжегожа Схетины это, прежде всего, - необходимость сплочения перед лицом внешней угрозы.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Этот материал является частью нескольких досье
Досье
23 января 2015 | 18:00
20 января 2015 | 15:00
28 декабря 2014 | 00:33
26 декабря 2014 | 15:00
22 декабря 2014 | 23:01
17 декабря 2014 | 20:00
12 декабря 2014 | 14:00
17 ноября 2014 | 09:00
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова