Иван Константинов
Европейская дипломатия, стремясь сохранять руку на пульсе ключевых ближневосточных проблем, останется в фарватере американских директив. Зависимость ЕС от США будет обуславливаться как объективными международными, так и субъективными, внутренними для ЕС причинами.
ПРЕМИУМ
9 октября 2014 | 01:03

Федерика Могерини о приоритетах внешней политики ЕС на Ближнем Востоке

Процедура одобрения Европейским парламентом предложенных Жан-Клодом Юнкером кандидатов на посты еврокомиссаров еще не завершена, однако мало у кого вызывает сомнение, что Европейскую внешнеполитическую службу (ЕВС) возглавит нынешний министр иностранных дел Италии Федерика Могерини. 7 октября она успешно выступила на слушаниях в Европарламенте, получив одобрение большинства депутатов. Несмотря на условность и предвыборный характер текущих заявлений итальянского дипломата, в том числе и в рамках этих слушаний, важно обратить внимание не обозначенные Могерини принципы и подходы европейской политики в отношении Ближнего Востока.

Главное внимание европейцев в последние месяцы уделяется Исламскому государству (ИГ) и начавшейся военной операции коалиционных сил во главе с США. Могерини в своем выступлении назвала ИГ «террористической» организацией и признала ее «крупнейшей глобальной угрозой […] - угрозой для всех нас». Ее оценка ситуации совпала с позицией американских коллег: по мнению Могерини, ключевую роль в борьбе с ИГ должны сыграть «мусульманские страны» Ближнего Востока. Итальянский дипломат отметила, что примеры, подобные участию в воздушной операции пилота-женщины из ОАЭ, должны стать «мощным посланием» для всех мусульман. Могерини в целом высоко оценила участие стран Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) в антитеррористической коалиции.

Во многом подобные оценки роли государств региона и, в частности, Персидского залива обусловлены двумя факторами. Во-первых, Евросоюз еще меньше, чем США, заинтересован в реальном участии в боевых действиях. Среди стран-членов нет единства относительно того, в какой степени ЕС все же должен быть вовлечен в борьбу с ИГ. Во-вторых, для ЕС важно не только участие иракских правительственных войск и курдских «Пешмерга», но и других арабских государств, что позволит продемонстрировать единство мусульманского мира и арабской «улицы» в борьбе против Исламского государства и маргинализировать группировку Абу Бакра Аль-Багдади. Подтверждая эту цель, 2 октября Могерини отметила, что «борьба с ИГ это не война между Западом и исламом». Таким образом, очевидной задачей для европейской дипломатии является изоляция Исламского государства от исламского мира. По мысли ЕС, страны ССАГПЗ, часто обвиняемые в спонсировании террористов, должны стать ключевыми участниками коалиции против ИГ.

Со своей стороны отметим, что усилий «заливных» государств и иракских сил вряд ли хватит для победы над ИГ. Об этом свидетельствуют успехи ИГ в боях на сирийско-турецкой границе. В связи с этим можно ожидать деятельного участия европейских стран в борьбе с этой группировкой – но в индивидуальном порядке. Европейская внешнеполитическая служба в силу своей роли и полномочий ограничивается дипломатией, которая пока направлена на агитацию региональных игроков против ИГ.

Среди других ключевых ближневосточных вопросов Могерини коснулась ситуации в Ливии и на палестино-израильском треке, а также региональной роли Ирана. Она отметила, что ООН и ЕС должны принять немедленные меры по стабилизации ситуации в Ливии, чтобы страна не оказалась под контролем радикальных группировок. Сложно было ожидать других оценок по данному вопросу, однако подобная реакция ЕС выглядит не только довольно запоздалой, но и оторванной от ливийских реалий распада государства и постепенного его скатывания в средневековье.

Позиция итальянского дипломата относительно текущего состояния палестино-израильского конфликта также прозвучала в унисон с последними заявлениями американских партнеров, в том числе президента Барака Обамы. Федерика Могерини осудила недавнюю военную операцию Израиля в секторе Газа, отметив, что «теперь возврат к статус-кво» в переговорах невозможен. Данная расхожая формулировка призвана продемонстрировать, что удачный момент для возобновления мирных переговоров, создавшийся в результате договоренности Фатх и Хамас о создании единого правительства в июне этого года был упущен, и это произошло по вине израильского руководства. При этом Могерини заявила, что ЕС поддерживает создание правительства единства, добавив, что у Евросоюза есть рычаги политического и финансового давления на стороны для того, чтобы вернуть их за стол переговоров.

Затронув Иран в контексте борьбы с Исламским государством, Могерини отметила, что Тегеран может сыграть как конструктивную, так дестабилизирующую роль в регионе. В этой связи, по ее мнению, важно подключать Иран к решению региональных вопросов и «пытаться оценить, сможет ли он стать частью решения проблемы, вместо того, чтобы быть ее катализатором». Стоит отметить, что этот противоречивый и осторожный комментарий обусловлен позициями как иранского руководства, до сих пор отказывающегося от сотрудничества в борьбе против ИГ, так и США, которые изначально заявляли о возможности подключения Ирана, но не видели, как в таких обстоятельствах не сыграть на руку режиму Башара Асада в Сирии и шиитскому блоку в целом. Важно в этой связи, что еще 26 сентября 2014 года по итогам встречи с министром иностранных дел Ирана на полях ГА ООН, Могерини уверенно заявляла, что Иран может сыграть решающую роль в борьбе с ИГ. Таким образом, позиция ЕС по этому вопросу во многом остается открытой.

По первым впечатлениям, текущие выступления будущей главы ЕВС выглядят довольно осторожными и общими. В то же время становится понятно, что европейская дипломатия, стремясь сохранять руку на пульсе ключевых ближневосточных проблем, останется в фарватере американских директив. Зависимость ЕС от США будет обуславливаться как объективными международными, так и субъективными, внутренними для ЕС причинами.

С одной стороны, в большинстве вопросов мировой повестки дня, в том числе и ближневосточных, уровень вовлеченности и возможностей США, НАТО и даже региональных игроков намного выше, чем ЕС как единого игрока. Однако именно в отсутствие консенсуса внутри ЕС и ограниченности возможностей европейской внешнеполитической службы (в первую очередь, в военном отношении), заключается проблема участия Евросоюза в решении ключевых мировых проблем и его зависимость от позиции США и политики НАТО.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

15 января 2016 | 23:01

Дайджест внешней политики США за неделю (8-14 января)

Главным событием политической жизни США на прошедшей неделе стало традиционное ежегодное Обращение президента к нации, однако основные внешнеполитические ориентиры Вашингтона на ближайший год были обозначены на следующий день заместителем советника по национальной безопасности. Инцидент с задержанием американских военных стражами исламской революции в территориальных водах Ирана был использован Администрацией как иллюстрация успехов в американо-иранских отношениях, а Конгрессом – как очередной повод для критики Белого дома. Поимка мексиканского наркобарона при американо-мексиканском сотрудничестве стимулировала возобновление взаимодействия между двумя странами.

16 сентября 2015 | 18:36

Чего ожидать от встречи Путина с Обамой

Нормализация отношений с Россией соответствует американским интересам - слишком далеко зашел конфликт между странами и слишком много проблем в мире, которые нужно решать совместно. Однако проблема в том, что на сегодняшний день эта нормализация крайне трудноосуществима. Грузия, Сирия и даже Украина - все это не столько проблемы, сколько следствие проблем российско-американских отношений. Основными проблемами является неготовность к диалогу и отсутствие атмосферы доверия между сторонами, и вплоть до сегодняшнего дня стороны не знали, как их решать.

17 октября 2014 | 20:47

Политические последствия российско-турецкого экономического сближения

Сегодня у России и Турции вновь есть исторический шанс преодолеть политические разногласия, объединить свои разные евразийские концепции и двигаться в будущее вместе, способствуя укреплению стабильности в своих странах, на Кавказе и шире – в Евразии. 

9 февраля 2016 | 21:00

Напряженность в российско-польских отношениях: Конфликт с Россией как попутный ветер

Последнее время в российской повестке стало много Польши. Скандал с перевозчиками, снос памятника Черняховскому, возобновление расследования катастрофы с самолетом Качинского, оскорбительное интервью с Мединским. Польша обречена быть застрельщиком против России, и, в общем, даже совсем не против такой роли.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Этот материал является частью нескольких досье
Досье
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова