На прошлой неделе иранские информационные ресурсы «Fars News» и «Tafsir News» сообщили о намерение президента Исламской республики Хасана Роухани совершить визит в Армению, Казахстан и Киргизию. Первым городом в маршруте иранского президента станет Ереван.
Эксперты усматривают особое значение в визите иранского лидера в Армению, поскольку это станет первой рабочей поездкой Роухани в закавказскую республику. После апрельского обострения ситуации в Нагорном Карабахе иранский лидер принял участие в трехстороннем саммите президентов Азербайджана, Ирана и России 8 августа 2016 года, что послужило причиной для разговоров о складывании определенной иерархии приоритетов во внешней политике Ирана не в пользу Армении. Впрочем, ирано-армянские отношения и предстоящий визит на высшем уровне стоит рассматривать в широком международном контексте, выходящим за узкие рамки карабахской проблемы.
За последние 25 лет у Ирана и Армении накопился богатый опыт конструктивного взаимодействия, сдерживаемый различными факторами, такими как антииранские санкции, отсутствие качественной стратегии развития, дефицит последовательности и др. Несмотря на религиозную близость с Азербайджаном, во время военной фазы конфликта в Нагорном Карабахе Тегеран старался придерживаться позиции «над схваткой», что более соответствовало интересам Армении, имеющей значительные разногласия с Турцией. Как отмечает аналитик агентства «Внешняя политика» Сергей Маркедонов:
«…Иран не блокировал и не закрывал районы, занятые в ходе военных действий 1991-1994 гг. армянскими силами, то есть фактически оставлял открытым окно для непризнанной НКР (Нагорно-Карабахской республики). И хотя принципы территориальной целостности для Тегерана имеют первостепенное значение, что он продемонстрировал и в 2008 году, отказавшись от признания абхазской и югоосетинской независимости, Исламская республика последовательно выступала за мирное и компромиссное решение конфликта в Карабахе. То есть такое решение, которое не было бы достигнуто в ходе эскалации вооруженного противостояния».
В целом, иранский внешнеполитический курс не стремиться действовать в регионе, руководствуясь блоковым мышлениям, выстраивая коалиции в тех или иных конфигурациях. Тегерану гораздо выгоднее многовекторная стратегия, основанная на выстраивании эффективной схемы взаимодействия по каждому конкретному вопросу. По мнению Сергея Маркедонова, такая политика характерна для всех стран региона:
«Сегодня в Закавказье (думается, что и к Ближнему Востоку это правило в известном смысле применимо) на первый план выходят не всеобъемлющие коалиции и блоки, а ситуативное и селективное взаимодействие. Для него будут интересны и Армения, и Азербайджан и Грузия. И выгоды будут у тех, кто сумеет приспособить разнонаправленные интересы игроков для своей собственной максимальной пользы».
Будущий визит Роухани в Ереван полностью укладывается в данную стратегию. Стороны с готовностью обсудят проблемы и перспективы двусторонних отношений на текущенм этапе, избегая заявлений, который могут вызвать резкое недовольство Баку.
Было бы наивно ожидать, что однажды передовицы газет займет новость об отказе Великобритании и США от особых отношений. Скорее всего, это будет медленный развод с постепенным сокращением уровня сотрудничества. Достаточно обратиться к истории распада Британской империи, чтобы понять: Лондон умеет делать это изящно, чтобы ни у одной из сторон не осталось горького осадка.
На фоне сомнений в актуальности «Группы семи», Госдепартамент охарактеризовал прошедший саммит как возможность стран «либерального лагеря» консолидировать свою позицию накануне «более плодотворного» сентябрьского саммита «Группы 20». В начавшемся на прошедшей неделе наступлении на Ракку США были вынуждены сделать основную ставку на курдов, испытывая, таким образом, терпение Турции. Вступивший на этой неделе в предвыборную гонку кандидат от либертарианской партии, являясь аутсайдером, может, тем не менее, повлиять на результаты голосования в ноябре.
В Нигерии после напряженной избирательной кампании президентом с четвертой попытки стал оппозиционный лидер Мухаммаду Бухари. Вопреки ожиданиям, действующий глава государства Гудлак Джонатан не стал оспаривать итоги выборов и признал поражение. Последовавшие выборы глав штатов продемонстрировали, что правящая партия утратила популярность. Хотя трансформация политического режима происходит мирно, последствия таких изменений могут быть драматическими.
Сикорский способен к компромиссу, но лишь в том случае, если он является его автором. Именно это будет настраивать лидеров ЕС против кандидатуры польского министра при выборе нового главы европейской дипломатии.