Инфраструктура НАТО в Грузии как проблема безопасности Южного Кавказа

Поводом для очередного обострения российско-грузинских отношений стало заявление нового министра обороны Грузии Миндии Джанелидзе, который подтвердил намерение открыть на территории республики тренировочный центр НАТО. Решение об открытии этого объекта было принято еще на сентябрьском саммите Альянса в Уэльсе, но надежда на его приостановление возникла после скандальной отставки одного из его главных лоббистов Ираклия Аласания с поста министра обороны.

Однако заявление Джанелидзе показало, что, несмотря на кадровые перестановки и политическую борьбу, курс официального Тбилиси на углубление военного сотрудничества с США и НАТО остается неизменным.

Представительство НАТО на Южном Кавказе призывает не преувеличивать статус создаваемого объекта и его политического значения.

«Вопрос, который обсуждается, касается учебного центра партнеров. НАТО окажет министерству обороны Грузии помощь в обустройстве данного центра. Он принадлежит Минобороне Грузии и создается при помощи группы наших советников» - заявил глава регионального офиса Уильям Лахью.

По его словам, это уже не первый объект подобного рода, также при участии НАТО была создана Сачхерская база подготовки горных стрелков, функционирующая в рамках программы Альянса «Партнерство во имя мира».

Однако новый центр, который, по данным республиканских СМИ, будет открыт на Вазианской авиационной военной базе (Квемо-Картли), уже стал весьма резонансным проектом из-за утечки в СМИ информации о его предназначении. В конце сентября ИА «Рейтер» и американское издание «Форейн Полиси» сообщили со ссылкой на собственные источники, что представители Грузии предлагали Пентагону использовать будущий тренировочный центр для подготовки поддерживаемых США сирийских боевиков. За утечкой последовали официальные опровержения, однако российские и грузинские эксперты достаточно серьезно оценили эту инициативу, хотя и предположили, что она вряд ли будет реализована после скандальных утечек.

Обеспокоенность России военными проектами США и НАТО на территории Грузии – уже почти традиционна.

Несмотря на то, что никто всерьез не рассматривает перспективу вступления республики в Альянс, возможность создания западных баз и военных объектов на суверенной территории – вполне реальна.

Причем военная инфраструктура в данном регионе может быть с равной успешностью использована и против России, и против Ирана. А это существенно накаляет ситуацию в регионе и провоцирует рост военных расходов, равно обременительный для всех стран в период международных экономических сложностей.

Сам по себе эпизод с тренировочным центром мало что значит в контексте военных усилий России и США, если Грузия и НАТО откажутся от подготовки сирийских боевиков на Вазианской базе. Но тревога Москвы обусловлена тем, что подобные эпизоды носят системный характер, причем в ряде случаев Тбилиси и Вашингтон явно недооценивают проблемы создаваемый той или иной инициативой.

В частности, так было в случае с созданием в Грузии инфекционного Центра имени Ричарда Лугара, который сейчас выполняет функции национальной реферальной лаборатории в вопросах контроля над инфекционными заболеваниями в республике. Проблема в том, что уровень защиты данного центра, созданного на средства США, позволяет работать со штаммами смертельных заболеваний и может использоваться для создания биологического оружия. Известно, что на территории центра долгое время работала группа американских военных специалистов во главе с офицером армии Соединенных Штатов. В англоязычной военной периодике грузинский центр Лугара рассматривается как часть американской «биоПРО» системы научно-исследовательских учреждений вне американской территории действующих в интересах ВС США.

Характер работы, ведущейся там сейчас, неизвестен, и, возможно, после 2012 года в центре действительно не ведутся исследования военного или двойного назначения. Но грузинская сторона не предприняла каких-либо значимых шагов, чтобы убедить Россию в том, что отказалась в этом вопросе от агрессивного курса времен Михаила Саакашвили. В Тбилиси явно недооценивают обеспокоенность Москвы подобного рода угрозами собственной безопасности и воспринимают протесты российского МИД исключительно в контексте «уважения к суверенитету».

Вне контекста противостояния России и США военные инициативы Грузии могут рассматриваться как источник угроз для Абхазии и Южной Осетии, так как «августовская война» 2008 года является очень недавним и остро памятным прошлом для всех жителей региона. Реакцией становится подписание стратегического российско-абхазского договора, который содержит статьи, оговаривающие военное сотрудничество сторон при отражении внешних угроз. В свою очередь этот договор, который в Грузии поспешили назвать «аннексией» делает для грузинских политиков все более привлекательной агрессивную риторику и различные проекты, связанные все с тем же военным сотрудничеством с НАТО.

Несомненно, Россия не заинтересована в подобном развитии двусторонних отношений.

После присоединения Армении к Таможенному Союзу желательным для Москвы становится путь в сторону расширения экономических и транзитных связей в обход всех политических «красных линий», так как Грузия становится все более важным транспортным партнером в отношениях с Арменией.

Однако логика развития событий, следующая за Саммитом в Уэльсе, может провоцировать все новую и новую напряженность, создавая между сторонами не взаимопонимание, основанное на общей экономической выгоде, а военно-политическую напряженность.