Сергей Маркедонов
После купирования военного противостояния не менее важной задачей для Еревана является обеспечение и продвижение своих интересов на переговорном поле, где ситуация совсем нелегка. Блицкрига не получилось, однако и азербайджанская армия показала себя отнюдь не слабым противником и не разбилась при ударе о карабахскую твердыню. И в этом плане объединение интеллектуальных ресурсов крайне важно.
ПРЕМИУМ
4 мая 2016 | 13:21

Национальная консолидация в Армении на фоне Нагорно-Карабахского обострения

9 апреля состоялась встреча действующего президента Армении Сержа Саргсяна с первым постсоветским главой республики Левон Тер-Петросяном (1991-1998). Еще совсем недавно даже намек на возможность переговоров между ними воспринимался бы как сенсация.

В феврале прошлого года, не получив поддержки со стороны Сержа Саргсяна в вопросе об обсуждении содержания «Всеармянской декларации столетней годовщины геноцида армян» и устранения имеющихся по ее поводу противоречий, Левон Тер-Петросян публично заявил, что более не видит причин для встречи с действующим руководителем страны.

Впрочем, у отношений между двумя лидерами Армении долгая история. Для ее характеристики еще вчера вполне подошли бы слова киногероя из популярного фильма Георгия Данелия «Мимино» по поводу «большой личной неприязни». И «нагорно-карабахская линия» в этом противостоянии играла весьма значимую роль.

Левон Тер-Петросян не вошел даже, а ворвался в советскую публичную политику, как один из лидеров комитета «Карабах» и Армянского общенационального движения (АОД). Его арест по обвинению в подготовке массовых беспорядков, а затем освобождение, в том числе и под давлением Запада в короткий срок превратило его в национальный символ. Серж Саргсян до начала конфликта из-за статуса Нагорно-Карабахской автономной области (НАКО) делал вполне обычную номенклатурную карьеру в комсомольских и партийных органах этого образования. Но этнополитическое противостояние открыло ему новые горизонты и в Нагорном Карабахе, и затем в Ереване. В мае 1994 года, когда вошло в силу соглашение о бессрочном прекращении огня, Тер-Петросян был президентом, а Серж Саргсян – министром обороны Армении.

Однако в дальнейшем их пути сильно разошлись. В сентябре 1997 года Тер-Петросян призвал к необходимости компромисса в урегулировании карабахской проблемы и фактически согласился на поэтапное разрешение конфликта. И тогда, и после многие его оппоненты обвиняли едва ли не соглашательской политике, и чуть ли не предательстве национальных интересов страны. Все это привело к его уходу в отставку под давлением тогдашнего премьер-министра Роберта Кочаряна (который в 1998-2008 году занимал пост президента) и «силовиков» (на тот момент Серж Саргсян был главой МВД республики).

Но если отойти от громких слов и не принимать максималистские требования как единственно возможную формулу для разрешения этнополитического противостояния, то идея Тер-Петросяна состояла в просчете ресурсов и возможностей для Армении в ее геополитической конкуренции с Азербайджаном. Эту позицию впоследствии он еще раз четко озвучил уже во время своей президентской избирательной кампании 2008 года. На одной из своих пресс-конференций первый глава государства и тогдашний кандидат заявил:

«Для меня статус-кво - это не карта, не линии соприкосновения, и не границы. Для меня статус-кво - это соотношение сил. В 1997 году было другое соотношение сил между Арменией и Азербайджаном. Мы были почти равными государствами в экономическом, политическом и военном плане.

Сегодня баланс нарушен в пользу Азербайджана, он и экономически и политически намного сильнее Армении. В военном смысле еще нет. Армения еще в состоянии соревноваться с Азербайджаном, и при возникновении новой войны мы ее не проиграем, даже не потеряем нынешних позиций, но в перспективе экономическая и политическая мощь Азербайджана приведет и к военной мощи».

Чтобы не допустить более значительных уступок Тер-Петросян предлагал пойти на уступки меньшие, включая вопросы возвращения прилегающих к непризнанной НКР собственно азербайджанских районов и временно перемещенных лиц.

К слову сказать, и Тер-Петросян, и ведомый им Армянский национальный конгресс (АНК) не единожды резко выступали с критикой второго и третьего президентов страны за то, что они упустили возможность участвовать в переговорном процессе «двумя армянскими государствами», то есть собственно Арменией и Нагорно-Карабахской республикой, в то время, как соглашение о бессрочном прекращении огня 1994 года было подписано и представителем Степанакерта. При этом Будапештский саммит тогда еще СБСЕ (вскоре оно было переименовано в ОБСЕ) поручил сопредседателям Минской группы провести переговоры не между Баку и Ереваном, а «сторонами конфликта», что подразумевало и участие в них Нагорного Карабаха. С точки зрения первого президента Армении, трансформация этого изначального формата - одна из серьезных ошибок его преемников.

Между тем, отношения между Саргсяном и Тер-Петросяном отягощены не только карабахской проблемой, но и, прежде всего, сюжетами внутриармянской политики. Они оба приняли участие в президентских выборах 2008 года. Уникальный случай на постсоветском пространстве, когда экс-глава государства попытался после перерыва в 9 лет вернуться в большую игру. Однако мирной передачи власти от Роберта Кочаряна его преемнику не получилось, и фактически Серж Саргсян поднимался на политический Олимп республики на фоне масштабного общественного противостояния. В марте 2008 года власти даже применили силу против участников массовых протестов (которые, впрочем, также не отличались особой толерантностью в отношении правоохранителей). Как бы то ни было, а события восьмилетней давности воздвигли еще одну стену между Саргсяном и Тер-Петросяном.

Однако апрельское обострение ситуации на линии соприкосновения в Нагорном Карабахе многое изменило. Самое масштабное военное противостояние, за которым последовала интенсификация дипломатических попыток разрешить застарелый конфликт, сделали, как никогда ранее, востребованной национальную консолидацию. Уже 2 апреля 2016 года Армянский национальный конгресс выступил с заявлением по поводу эскалации военного противостояния. В этом документе после всех необходимых констатаций декларировались следующие тезисы:

«Вне зависимости от наших противоречий и разногласий с действующими властями во внутриполитических вопросах, Армянский национальный конгресс, оставаясь приверженным своему не раз озвученному принципу, в случае внешней угрозы будет исходить из позиции сохранения внутриполитической стабильности и защиты безопасности страны. Народ Армении и Нагорного Карабаха, армия должны быть уверены, что против любой внешней агрессии консолидируется все политическое и гражданское поле Армении».

Таким образом, одна из ведущих оппозиционных сил республики четко продемонстрировала, что готова свернуть свою критику власти (которая до этого велась жестко и последовательно) ради дела защиты страны.

Но после купирования военного противостояния не менее важной задачей для Еревана является обеспечение и продвижение своих интересов на переговорном поле, где ситуация совсем нелегка. Блицкрига не получилось, однако и азербайджанская армия показала себя отнюдь не слабым противником и не разбилась при ударе о карабахскую твердыню. Добавим к этому осторожную позицию России, стремящуюся балансировать между Ереваном и Баку и не углублять свои расхождения с Турцией, столь же аккуратную позицию Запада, и напротив полную солидарность Анкары с Баку. Не самый легкий набор. И в этом плане объединение интеллектуальных ресурсов крайне важно. Отметим, что встреча Саргсяна и Тер-Петросяна состоялась по инициативе последнего и у него дома. Не исключено, что какие-то наработки первого президента окажутся востребованными в новых условиях. Впрочем, сами эти условия уточняются и формируются не только в Ереване, но и за его пределами.

Однако, чем бы ни закончился мирный процесс, апрельские события в Армении снова показали, что внешние вызовы и защита национальных интересов способствуют стиранию граней между властями и оппозицией (хотя бы тактическому во внутренней политике, но, не исключено, что стратегически - по международной повестке).

И надежды иных игроков, а в особенности энтузиастов «третьего трэка» и «гражданской дипломатии» на то, что критики властей и представители «демократических сил» окажутся более легкими партнерами при урегулировании конфликта выглядят как неоправданный оптимизм. И не только случай Армении подтверждает данное правило. Вот что написал в первой своей статье после освобождения из заключения известный азербайджанский политический обозреватель Рауф Миркадыров (которого еще недавно МНБ прикаспийской республики обвиняло в связях с армянскими спецслужбами):

«Применение силы для освобождения семи прилегающих Нагорному Карабаху оккупированных районов является не просто международно-признанным законным правом, но конституционной обязанностью азербайджанского правительства перед населением этих территорий, если конечно не удастся решить проблему мирным путем. А проблему не удается решить мирным путем в течение 22 лет».

 

Впервые опубликовано на сайте политических комментариев Политком.ru

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

15 июня 2018 | 13:35

Дайджест внешней политики США (8-14 июня)

Стремительное развитие событий во время саммита «Группы семи», прошедшего 8-9 июня в каналском Шарлевуа, превратили обычно формальное мероприятие в довольно захватывающее зрелище. Неожиданно для всех американская делегация предложила принцип «нулевых тарифов» для установления «подлинной свободной торговли». Затем, уже находясь на борту самолета Дональд Трамп отозвал свою подпись под коммюнике, под предлогом «ложных» заявлений премьер-министра Канады.

13 апреля 2018 | 08:16

Дайджест внешней политики США (6-12 апреля)

Призывы «либеральной общественности» нанести удар по Сирии встретили отпор со стороны консервативных СМИ. Майк Помпео обнадежил законодателей обещаниями повернуть вспять реформу министерства, заняться «распространением демократии», а также противостоять России «на всех направлениях». Решение спикера Палаты представителей о завершении своей политической карьеры продолжило «массовое бегство» представителей республиканского истеблишмента.

22 декабря 2017 | 11:09

Дайджест внешней политики США (15-21 декабря)

Новая стратегия национальной безопасности США провозглашает возвращение «феномена противостояния великих держав», и прокладывает курс на подготовку страны к глобальной конкуренции. Администрация Трампа всерьез взялась за глобальную борьбу с коррупционерами и нарушителями прав человека. Первый визит Тиллерсона в Канаду в качестве госсекретаря был посвящен координации действий в вопросах Северной Кореи и поставки летальных вооружений Украине.

21 декабря 2014 | 11:00

Документ дня: Он сделал это!

В условиях фактически уже начавшейся предвыборной кампании демократы попытаются привлечь на свою сторону кубинских мигрантов, которые нередко голосуют, в отличие от прочих испаноязычных граждан, за республиканцев. Это стало особенно актуальным в свете недавнего заявления Джеба Буша, бывшего губернатора Флориды, где проживает большая часть кубинских мигрантов, о готовности побороться за президентское кресло.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
11 сентября 2014 | 21:25
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова