Дмитрий Офицеров-Бельский
Сикорский способен к компромиссу, но лишь в том случае, если он является его автором. Именно это будет настраивать лидеров ЕС против кандидатуры польского министра при выборе нового главы европейской дипломатии.
ПРЕМИУМ
8 июня 2014 | 13:00

Радослав Сикорский: профиль кандидата на пост главы внешней политики ЕС

Словосочетание «холодная война» еще недавно звучало как упрек за приверженность реалиям прошлого, но теперь - все чаще в контексте новых реалий отношений России и Запада. Между тем, это были времена по которым сложно не ностальгировать сейчас, в эпоху подлинной неопределенности.

Политики эпохи холодной войны знали цену войне и миру, были готовы понимать интересы другой стороны и остро чувствовали черту, разделяющую конфронтацию и компромисс. В сегодняшней политике уже практически не осталось прежних бойцов холодной войны, но это вовсе не ведет к умиротворению, а скорее наоборот.

Заметной фигурой среди политиков, стоящих одной ногой в прошлом является министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский. Недавно его кандидатура была предложена на пост Высокого представителя ЕС по внешней политике и политике безопасности. На смену Кэтрин Эштон претендуют также министры иностранных дел и обороны Великобритании Уильям Хейг и Филипп Хэммонд, бывший глава военного ведомства Германии Томас де Мезьер.

Кандидатура Сикорского кажется перспективной по ряду причин. Во-первых, сомнительно, что на смену Эштон вновь придет британец. В свое время ее назначение во многом было связано со стремлением Франции и Германии глубже втянуть Великобританию в систему европейских интересов - и эти усилия во многом оказались напрасными. Кроме того, в свое время профессиональные качества К. Эштон подвергались жесткой критике. Впрочем, еще один представитель Великобритании на посту главы европейской дипломатии был бы удачным для России. Потому что сложно рассчитывать на то, что такое назначение даст стимулы для большего сплочения Европы.

Во-вторых, хотя фигура Т. де Мезьера неплоха для роли главы европейской дипломатии, но Германия вряд ли будет серьезно настаивать на своем представителе, поскольку это вызовет ревность в одних европейских столицах и опасения в других. Более приемлема формально нейтральная фигура.

Радослав Сикорский может быть востребован сейчас именно потому, что полноценное институциональное оформление европейской внешней политики и политики безопасности назрело, а глава польской дипломатии известен как активный сторонник углубления европейской интеграции в этой сфере.

С другой стороны шеф польской дипломатии известен своей проамериканской ориентацией и жесткой позицией в отношении России. Жесткая линия востребована на Западе и очевидно Сикорский способен её реализовать. Однако она показала свою непродуктивность и, как следует из риторики европейских лидеров, сейчас они гораздо более склонны к компромиссу чем прежде. Если учесть то обстоятельство, что ухудшение американо-российских отношений обещает быть продолжительным, то для Европы перспектива надолго оказаться заложниками проамериканского главы собственной внешней политики не кажется привлекательной. Приоритеты ЕС в отношениях с Россией могут измениться, а решение по новому главе европейской дипломатии принимается на годы вперед.

Особое значение Р. Сикорский может придать восточной политике ЕС, где у польской дипломатии серьезный задел. Это может быть интересно для Германии, Швеции, для ряда стран Восточной Европы, гипотетически для Великобритании, но разочарует Францию и страны Южной Европы.

Если обратиться к персональным качествам польского министра иностранных дел и его биографии, то и здесь вырисовываются свои «за» и «против» как для Европы, так и для России.

Будущий министр иностранных дел Польши начал карьеру в годы, когда на Западе был повышенный спрос на поляков. Когда Збигнев Бжезинский был советником президента Джимми Картера по национальной безопасности, молодой Радослав Сикорский возглавлял в Быдгоще школьный забастовочный комитет «Солидарности». Затем последовали годы эмиграции в Великобритании и учеба в Оксфорде. Он сохранял британское гражданство до 2006 года даже будучи министром обороны Польши. В 1980-е годы в качестве журналиста, а не исключено, что и сотрудника британской разведки он пишет репортажи из Афганистана и участвует в атаках моджахедов на советских солдат. Некоторое время он работал в Институте американского предпринимательства, связанном с республиканской партией. Временами, находясь с визитами Вашингтоне, он посещает институт и читает там лекции. Его контакты с республиканским истэблишментом до сих пор очень тесны.

Сикорский-дипломат в первую очередь прагматик, понимающий национальные интересы в сугубо реалистическом духе. Это, безусловно, способствует диалогу. Вопрос в другом – нужен ли России диалог с единой Европой или его выгоднее вести с европейскими правительствами по отдельности? Иногда неготовность собеседника к конструктивному общению даже полезна. Применительно к Польше, было гораздо удобнее иметь оппонентом заядлого русофоба Леха Качиньского, чем тандем прагматиков – Дональда Туска и Радослава Сикорского. Еще несколько лет назад не могло идти и речи о польско-германском сотрудничестве, которое создает теперь немалые сложности для российской политики.

В России Сикорский имеет имидж русофоба, хотя в самой Польше на фоне более радикальных политиков его таковым не считают. Очевидно, что он вполне способен договариваться с Москвой. В 2009 году Сикорский заявлял о том, что хотел бы видеть Россию в числе членов НАТО. Пусть это была лишь риторика, но прочие польские политики таких слов себе не позволяли. Нормализация отношений в 2010 году между Россией и Польшей была в немалой степени и его заслугой как и соглашение о безвизовом режиме в приграничных районах Польши и Калининградской области.

В последнее время Сикорский слывет прогерманским политиком. Но в прошлом польский министр неоднократно выступал с жесткими выступлениями и в адрес Берлина. Главным образом относительно тех сторон германской политики, которые были связаны с особым характером российско-германских отношений.

Для Сикорского характерно пониженное чувство такта, особенно в отношении малых стран. В частности, скандальными стали его слова о том, что он рассчитывает на смену действующего правительства Литвы, власть Виктора Януковича он открыто называл коррумпированной, а выпады в отношении белорусского лидера Александра Лукашенко вообще постоянны.

Радослав Сикорский склонен проводить очень самостоятельную политику не всегда считаясь с субординацией. Примером могут быть его критические замечания о внешнеполитических экспромтах бывшего президента Леха Качиньского. Порой даже доходило до того, что дипломатическое ведомство под его руководством дезавуировало заявления президента, хотя по польской конституции определяющую роль во внешней политике играет именно президент, а не правительство. Так, во время российско-грузинского конфликта 2008 года Лех Качиньский призвал «собраться и дать бой России», а глава польской дипломатии назвал это выступление «шоу, организованным по личной инициативе президента».

Радослав Сикорский никогда и ни для кого не был легким партнером. С одной стороны это следствие его силы и уверенности в себе, но это же и причина его слабости. Сикорский способен к компромиссу, но лишь в том случае, если он является его автором. Именно это будет настраивать лидеров ЕС против кандидатуры польского министра при выборе нового главы европейской дипломатии.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

30 октября 2015 | 13:00

Узоры персидского ковра: как Ирану стать региональным лидером

Иран мог бы действовать в обход США - совместно с Россией, заинтересованной в эффективной стабилизации Ближнего Востока и, в общем-то, занимающейся этой стабилизацией в Сирии. Проблема в том, что у Ирана и России, несмотря на внешнее согласие и совпадение интересов разное понимание слова «стабилизация». Иран жаждет ликвидации своих противников и хочет сам контролировать регион от Афганистана до Леванта. Москве же нужен баланс сил между всеми игроками региона.

23 декабря 2014 | 18:15

Беларусь возвращается к иллюзии внешнеполитического балансирования

С точки зрения Кремля, в условиях резкого ухудшения отношений РФ и ЕС действия Беларуси по снятию напряженности с Европой будут политически нецелесообразными. Но вряд ли до проведения президентских выборов тактика Минска изменится, поскольку для действующего режима важнее воспроизводство, которое можно обеспечить в том числе за счет внешнеполитического балансирования. То есть белорусский лидер не стремится к сокращению возможностей для сохранения статус-кво.  

14 февраля 2015 | 10:00

Бесконечный спор: Почему в российско-польских отношениях все так сложно

После подавления нацистами Варшавского восстания город был уничтожен полностью и выглядел приблизительно так же, как советский Сталинград. Любые рациональные доводы, объясняющие невозможность поддержки повстанцев Советской армией, не будут приняты в расчет. Это часть национального предания, которое важнее, чем сухой факт потери во Второй мировой войне порядка 20 процентов населения. В свою очередь в России с грустью будут думать о неблагодарности поляков, как и всех прочих славян, за которых мы заступались последние три столетия.

23 октября 2017 | 15:35

Дайджест внешней политики Германии 17-23 октября

Коалиционные переговоры в Берлине остаются главным политическим событием Германии, определяя снижение активности ФРГ на международной арене. Саммит ЕС в Брюсселе не отметился принятием важных решений, проработав скорее в режиме дискуссионной площадки. Иран стал главной темой встречи Зигмара Габриэля с главой МИД Омана.  Коалиционные переговоры рискуют продлиться до Рождества и их результат пока не берутся предсказать даже лидеры договаривающихся партий.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Этот материал является частью нескольких досье
Досье
9 декабря 2014 | 08:00
11 сентября 2014 | 21:25
13 января 2015 | 11:00
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова