Результаты международной контртеррористической операции в Сирии

Результаты начатой неделю назад в Сирии военно-воздушной операции силами контртеррористической коалиции США и их региональных партнеров пока остаются сомнительными. По словам представителя Пентагона Джона Керби, удары по позициям ИГ на сирийской территории на северо-востоке страны привели к смене тактики исламистских боевиков, которые больше не передвигаются открыто и большими группами, а предпочитают разделяться. При этом, несмотря на обстрелы, они продолжают завоевывать все новые территории, в частности – вблизи турецкой границы. Керби призвал «набраться терпения», так как «никто не говорил о легкой и быстрой победе».

Многие политические деятели и эксперты единодушно отстаивают мысль о том, что одними ударами по позициям ИГ проблема решена не будет. В региональных и мировых СМИ высказываемые в этой связи мнения принимают одно из трех основных направлений. Первое предполагает необходимость сопровождения военно-воздушной операции – операцией наземной, то есть – введения войск государств-членов контртеррористической коалиции. С учетом того, что Вашингтон настойчиво проводит идею об отказе вводить свои силы, на фоне чего была расширена миссия по содействию сирийской оппозиции (поставка вооружения и создание лагерей для военной подготовки), - предполагается, что эту задачу должны взять на себя ближневосточные союзники США. Между тем, арабские государства, опасаясь возмездия со стороны набирающих силу и популярность исламистов ИГ, демонстрируют явное нежелание начинать открытую военную интервенцию. Анкара, тем временем, торжественно заявив об успешном освобождении своих граждан, захваченных в заложники боевиками в июне, и о своем намерении более активно включиться в борьбу с ИГ, продолжает занимать крайне неоднозначную позицию в этой контртеррористической борьбе.

Второе направление предполагает, что США рано или поздно все равно введут свои войска в Сирию для борьбы с исламистами. Такого мнения, в частности, придерживается Марван Кабалан, сирийский писатель и аналитик Арабского центра политических исследований в Дохе, заявивший, что «Обама будет вынужден направить в Сирию своих солдат для борьбы с ИГ».

Мнения, высказываемые в рамках третьего направления, концентрируются на вопросе о том, что кризис в Сирии – изначально политический и, в первую очередь, необходимо решать проблему сохраняющегося у власти президента Асада. Сторонники этого мнения считают, что именно режим в Дамаске стал причиной активизации террористов и, как только он будет свергнут, исчезнет и проблема ИГ.

Характерно, что, согласно официальной позиции Вашингтона, «Асад должен уйти», однако «проблемой номер один в Сирии на сегодня является именно борьба с ИГ». Причем, опасения, высказываемые Москвой и Тегераном, что США под предлогом операции против боевиков начнут обстреливать позиции режима, не пока не оправдываются и официальная позиция США подтверждается в действительности. Так, изначально претензии Дамаска в связи с международной контртеррористической операцией заключались в том, что эта операция происходит без консультаций с официальным руководством: против самой операции режим настроен не был. При этом сообщается, что за несколько часов до начала обстрела боевиков ИГ на сирийской территории сирийский представитель при ООН Башар Джаафари лично получил от американской коллеги Саманты Пауэр уведомление о планирующихся авиаударах.

Параллельно с этим активно муссируется в региональных СМИ идея о том, что своими ударами по позициям ИГ в Сирии, которые борются с режимом, США фактически помогают Асаду. Эта мысль подтверждается реальными фактами: Дамаск расширяет контроль над территорией страны, погруженной в противостояние между разрозненными группами сирийской оппозиции, боевиками ИГ и армией режима. Главными сторонниками этой мысли являются некоторые группы в рамках сирийской оппозиции, дезорганизованной в военном плане и дискредитировавшей себя в глазах сирийцев и международного сообщества. Примечательно, что эти группы уже несколько месяцев ведут переговоры с ИГ о заключении перемирия с целью «объединить усилия против основного врага в лице Асада». А 29 сентября лидер «Джабхат ан-Нусра», исламистской группировки, которая в сотрудничестве со «светскими» оппозиционными силами контролирует ту незначительную долю сирийской территории, которая (пока) не перешла в руки Дамаска или ИГ, Абу Мухамед аль-Голани, не только осудил действия США и союзников в Сирии, но и пригрозил ответными действиями в адрес западных государств.

Таким образом, расширенная с Ирака на Сирию контртеррористическая кампания США на сегодня имеет лишь имиджевый эффект – не исключено, что именно он был одним из основных мотивов начатой в Сирии операции. Американские официальные лица с различных международных платформ не устают повторять, что вокруг США сплотились более 60 государств в целях борьбы с терроризмом. При этом разрозненная и слабая сирийская оппозиция, которая должна была стать надежной и лояльной опорой выступающих за свержение Асада «Друзей Сирии», продолжая слабеть, частично оборачивается против своих спонсоров. Более того, очевидно, что борьба с ИГ и восстановление безопасности в стране является непременным условием для урегулирования политического кризиса. Однако в сегодняшних условиях сложно представить, какой-либо успешный исход этого урегулирования с учетом того, что непосредственно вовлеченные во внутрисирийский конфликт внешние силы не заинтересованы в политическом решении кризиса, так как преимущество – военное и политическое – явно на стороне Асада.